Отправлено: 20.02.07 17:55. Заголовок: Знатокам истории, вопросы
Ответьте, пожалуйста. В годы войны, как известно, многие русские переходили на сторону фашистов. На оккупированных территориях очень многие работали у немцев. Известны факты, когда девушки, которые сотрудничали с оккупантами, после войны стремясь скрыться от правосудия, меняли место жительства, фамилию (выходя замуж) и тд. Вопросы: Как назывались организации, которые занималась поиском именников родины после войны? Как они функционировали? Как поступали с близкими изменников (в случае, если муж или жена не знали о темном прошлом второй половины)? Буду благодарная за любой ответ или информацию, где я могу это узнать
Целенаправленным поиском не занимались - просто записали всех, проживавших в годы войны на оккупированных территориях, в неблагонадёжные
Всего одного такого "неблагонадежного" пропустили по недосмотру - в Универ, партию, ..., ЦК, Политбюро, Генсеки - и кранты партии. Исключительно неустойчивая организация оказалась. А как дышали...
А я-то по наивности думал, что это Никита Сергегевич придумал обратную силу для закона, когда решил что целесообразно расстрелять этих самых "валютчиков"
Оглашение приговора Трибунала было встречено долго несмолкавшими аплодисментами всех присутствовавших на площади. Трудчщиеся Краснодара с исключительным единодушием одобряют приговор.
А был ли хоть один приговор за всю историю Власти Соловецкой, который бы не был исключительно единодушно одобрен народом?
А был ли хоть один приговор за всю историю Власти Соловецкой, который бы не был исключительно единодушно одобрен народом?
Суд у нас -народный и самый гуманный.Так чего же передовому советскому народу не одобрять приговоры этого суда?В данном случае,тем более....Ибо по многим воспоминаниям подобную категорию лиц вообще от самосуда часто спасать приходилось.
Всего одного такого "неблагонадежного" пропустили по недосмотру - в Универ, партию, ..., ЦК, Политбюро, Генсеки - и кранты партии. Исключительно неустойчивая организация оказалась. А как дышали...
а не одного.....Сказки о 37 годе родня кого сейчас расказывает?И когда они получили эту возможность?
Ясно, что они сдавали какую-то норму продуктов, если до них дотягивалась рука немцев, но жили своим трудом. Может, даже по-колхозному или общинному.
Старшие родственники, бывшие в оккупации на Кубани, рассказывали, что немцы не распустили колхоз в станице, поскольку колхозная система обеспечивала тотальный контроль за сбором и распределением, а только сменили председателя на старосту и даже звеньевых оставили прежних.
Старшие родственники, бывшие в оккупации на Кубани, рассказывали, что немцы не распустили колхоз в станице, поскольку колхозная система обеспечивала тотальный контроль за сбором и распределением, а только сменили председателя на старосту и даже звеньевых оставили прежних.
И нормы питания там были....ГУЛАГовская пайка ресторанным обедом выглядит
Драбкин выложил на этой недели кучу интервью с жителями Кингисеппского района Ленинградской области жившими под оккупацией, весьма позновательно click here
И нормы питания там были....ГУЛАГовская пайка ресторанным обедом выглядит
Мои родственники рассказывали, что урожай 1942 года был полностью вывезен с немецкой педантичностью, а личные хозяйства разорили проходящие части. Если бы оккупация продлилась дольше, то, наверно, умерли бы с голоду. Жили на припасах, которые удалось хорошо спрятать, и "на подножном корму".
Про конкретные семейные трагедии (муж или жена узнали про коллаборационизм супруга) ничего не слышал. Хотя, полагаю, таковые имели место. И, полагаю, многие из этих трагедий выносились на суд общественности - Павлик Морозов не зря в СССР был причислен к... «лику святых».
Надо полагать, вы намекаете, что Павлик Морозов предал (донес, сдал) своего отца и за это его причислили к "лику святых"? Во-первых, Павлик Морозов не предавал, не доносил. Во-вторых, его отец не был никаким коллаборационистом. Конечно если уголовников не считать коллаборационистами.
Во-первых, Павлик Морозов не предавал, не доносил. Во-вторых, его отец не был никаким коллаборационистом. Конечно если уголовников не считать коллаборационистами.
Мда... в огороде бузина...
1. Павлик Морозов - советский мифический герой. «Героизм» его заключался в доносе на собственного отца. Что там было в реальности с Павликом и его отцом - доносил/не доносил, предавал/не предавал, уголовник/не уголовник - неважно. Советский миф в сознании советских людей о Павлике Морозове однозначен: «Павлик донёс на собственного отца и это - хорошо».
2. о коллаборационизме отца Павлика Морозова я ничего не писал - это вы «в тему не въехали».
*** От немцев было легче спрятать, чем от своих. ***
Наша соседка - партизанская разведчица в Белоруссии - вспоминала, что если попадался чисто немецкий патруль, то выкрутиться было довольно просто - относились они к службе халатно. Но если с ними был полицай из местных - то, как правило, дело заканчивалось задержанием "до выяснения" - если у немцев было желание и время тащиться в ближайшую полевую жандармерию. А там - как повезет. Ей повезло. Если полицаи попадались, то их стреляли на месте без суда. И так-же она относилась к предателям и через 30 лет после войны, а не то что во время Краснодарского процесса. Думаю, у нее рука не дрогнула бы при необходимости (орден Красного знамени она получила еще в партизанском отряде).
Кстати к вопросу о Павлике Морозове - если сын сдал партизанам отца-полицая, а его потом за это немцы повесили, то это как рассматривать?
О Краснодарском процессе, на мой взгляд, неплохая книжка "Бездна" Гинзбурга. На Милитере вроде есть. Там немного и о поисках предателей после войны и об отношении к "простым" изменникам.
"...в городе, который занят немцами и в котором остались жители, возникает много сложных человеческих проблем. ... вот инженер-коммунальник; он застрял в городе, по какой-то причине не успев уйти с нашими войсками. ... его вызывают немцы и говорят, что вот в этом городе живут ваши, русские, а взорванный водопровод не работает, наладьте его. Спрашивается, что он должен делать? С одной стороны, плохо идти на службу к немцам, а с другой стороны, плохо оставлять город без водопровода.
... Немцы живут в городе второй месяц. Это не деревня, где у жителей есть какие-то запасы продовольствия и где они могут отсидеться .... Это город с пекарней и булочной, с магазинами, где раньше люди покупали продукты. Приходят немцы, назначают городского голову, приказывают организовать вновь, пусть по самым нищенским нормам, какое-то снабжение, открыть пекарни и магазины. В городе живут женщины с детьми, дети хотят есть, а снабжение могут получить только те, кто работает или служит. И вот мать троих детей — именно такой случай был в Одоеве — идет работать при немцах в городской магистрат машинисткой. Не потому, что она любит немцев, и не потому, что хочет изменить Родине, а просто потому, что ее детям нечего есть, а если она будет работать машинисткой, то получит свои триста или двести пятьдесят граммов хлеба.
Все эти мысли возникли у меня в Одоеве, когда я говорил там с людьми. Безусловно, нам придется, да уже и приходится при освобождении своей земли сталкиваться с великим множеством проблем подобного рода и разбираться с ними в каждом отдельном случае. В Одоеве, где немцы были немного больше месяца, уже возникла масса таких проблем. А сколько же их должно возникнуть в Киеве, где немцы уже давно и где оставшимся в городе людям как-то надо существовать, потому что никто не может прожить долго на подножном корму?
Иногда, находясь на войне, забываешь о том, что быт остается бытом, хлебный паек — хлебным пайком, коммунальное хозяйство — коммунальным хозяйством, а дети — детьми. И фигура какого-нибудь отъявленного мерзавца и предателя несравненно менее важная проблема для пера писателя, чем проблема вот такой машинистки городского магистрата, матери троих детей. "
"... Представителем местной власти оказался лейтенант государственной безопасности ...
— Ну ладно, — сказал он. — Вот бургомистр Грузинов, отпетая сволочь. ... Но вот вы мне объясните, товарищ. Здесь немцы две недели назад, к Новому году, открыли откровенную вербовку в публичный дом. ... Так вот ... Оказались такие женщины, которые подали туда заявления. Ну, что с ними теперь делать? Публичный дом немцы не успели открыть — мы помешали. А заявления у меня. Ну, что теперь делать с этими бабами? Откуда они взялись? Пострелять их за это нельзя, не за что, а посадить... Ну, допустим, посадишь, а что потом с ними делать? "
По утверждению Симонова - "...триста или двести пятьдесят граммов
Sergey-17 пишет:
цитата:
Не процитируете нормы питания от гансов?
Sergey-17 При всем моем уважении к т.Симонову-к черту,ибо....нормы не писал.Таблица тут не рисуется-а так сложно.Для работающих-распоряжение группы армий"центр"(в скобках-совместное распоряжение главного командования сухопутных войск):хлеб или зерно186(285),жиры,-(10),мясо,-(21),картофель425(500),прочие продукты-28(32).все в ккал.Для сравнения-данные для ГУЛАГ,1939 год,нормы ,К СОЖАЛЕНИЮ В ГРАММАХ,А НЕ В ККАЛ.Кто может-пересчитайте....норма №2(для вырабатывающих норму выработки)Хлеб ржаной-1200г,фМука пшеничная-(85%:)-60г,Крупа разня-130 г,мясо-30г,Рыба-158 г,растительное масло-12г,макароны-10г.Считайте сами....ибо у меня цифр по пересчету в ккал не сохранилось(((((На старом компе было,а там хард накрылся(((((.
Заглянул вот в кои-то веки. Поди полгода не заходил. Небось скушно без Комбрига? Ничего со мной не стряслось: не подох, слава Богу. Просто ввязался в один громадный проект, который не имеет отношения к военной истории. Конца не видать! В лучшем случае буду варакаться год, а может больше. Мои военно-исторические штудии откатились на задний план в один момент!
Рад видеть знакомых бойцов. Петр Тон - моё почтение! Ольга. - целую ручки! ST - здравия желаю!
Ну, что теперь делать с этими бабами? Откуда они взялись? Пострелять их за это нельзя, не за что, а посадить...
У "этих баб" был не такой большой выбор с трудоустройством (даме, работавшей в магистрате, сказочно повезло с должностью), и ,соответственно, с выживанием. К тому же большинство должны были кормить своих детей, родителей. Сексуальное же насилие было нормой жизни на оккупированных территориях, во спасение заводили постоянного покровителя из оккупантов, который был и защитник, и кормилец. "...Для многих это была простая возможность выжить. Хотя льготами неарийки и не пользовались, но зарплату им платили и кормили нормально. Работая шесть часов в сутки, они получали около двух тысяч советских рублей в месяц, которые можно было обменять на рейхсмарки по курсу 10 к 1..." http://bbratstvo.org/index.php3?path=_jornal/2006/11&source=jeton "Нацистское руководство подсчитало, что если не принять меры, то в ближайшее время на восточных оккупированных территориях можно было ожидать рождения примерно одного миллиона детей немецко-славянского происхождения." http://www.ostfront.ru/Text/WarSex.html И с немецкой пунктуальностью приступило к "борделизации" восточных земель.
Как говорил старшина Федот Васков, правда, совсем по другому поводу: "Пока война - понятно..". И - не дай бог - оказаться на их месте!
На хлебной упаковке написано - " Энергетическая ценность 100 г продукта - 210 ккал". т.е. Симонов здорово преувеличил - 286 ккал хлеба - около 140 граммов. Остальное (кроме картошки, но, если не ошибаюсь, ее энергетическая ценность не выше, чем у хлеба) можно просто не считать. Впрочем и Симонова винить нельзя - в зависимости от района, "сознательности" сельского населения и т.п. нормы могли меняться и производиться замена продуктов.
Ольга пишет:
*** У "этих баб" был не такой большой выбор с трудоустройством ***
Так лейтенант и не знал, что делать. Проблема-то для него неожиданная. Просто повторю еще раз слова Симонова (а не мои):
"И фигура какого-нибудь отъявленного мерзавца и предателя несравненно менее важная проблема для пера писателя, чем проблема вот такой машинистки городского магистрата, матери троих детей. "
в зависимости от района, "сознательности" сельского населения и т.п. нормы могли меняться и производиться замена продуктов.
Это верно. Слишком большие и разные территории, единых норм придерживаться было невозможно.
Вот как раз сегодня подвернулось о Ржеве (Федоров, "Правда о военном Ржеве", rshew-42.narod.ru).
Горожане
цитата:
Основным для большинства мирных жителей пайком являлся обед с немецкой кухни. Так, с января по апрель 1942 года нетрудоспособному населению три раза выделяли по несколько кг. льносемян, оставшегося на складах “Заготзерна”. В июне 1942 г. всему населению по карточкам выдавали по 1 кг. 250 г. муки на взрослых и 750 г. на детей, масло растительное по 125 г. на взрослого и 100 г. на детей. Работающие по нарядам старост для нужд комендатуры получали суп и хлеб от 150 до 250 г. Работавшие на лесозаводе, кирпичном заводе, железной дороге, водопроводе, больнице, горуправе получали сухой паек.
Полиция
цитата:
Полицейские получали жалование 200 рублей, паек: 400 г. хлеба, сало, масло растительное. Кроме того, проводя обыски и изъятие продуктов и имущества у жителей города которое они награбили со складов и магазинов, а так же оставленное при отступлении частей Красной армии, доставляли в горполицию. Часть изъятого они реализовали через магазин, а часть делили между собой.
Заключенные
цитата:
...В апреле 1942 года он попал в Ржевскую тюрьму в общую камеру. Камера была заполнена заключенными до отказа. Размещались все на полу. Утром и вечером давали цикорную заварку. В обед затируху из муки. Хлеба не давали ни грамма. В таких условиях, если человек находился свыше месяца, то передвигался по камере с трудом. Больше лежал на полу. Некоторые во время прогулки на тюремном дворе ели траву.
Сельская местность
цитата:
Больше всего крестьяне использовались на работах для нужд германской армии. За работу в сельском хозяйстве они получали от 200 до 400 г. ржи, а весь остальной урожай и продукты изымались. Изымался порой даже нераспределенный урожай 1941 года. Так ... д. Распопино ... немцы взяли из колхозной кладовой (перечисление)... Можно представить, с чем остались колхозники в зиму 1941-1942 года и до нового урожая. ... В большинстве случаев действовал принцип, как часто говорили немцы: «Мы вас завоевали и теперь все ваше имущество принадлежит нам». Так они брали из колхозных кладовых, а когда отбирали у отдельных колхозников, то порой лишали их и жизни. ... В 20 числах июня 1942 года в д. Жеребцово ... были арестованы комендантом деревни за обнаруженный при обыске хлеб бывший председатель колхоза Илларионов и бывший счетовод колхоза Соколов. После трехдневного содержания под арестом их направили в штаб д. Полунино, где расстреляли.
Еще на Милитере есть мемуары Осиповой, там описывается жизнь в оккупации под Ленинградом. Ваще мрак, кажется, внутри блокадного кольца людям легче жилось, чем снаружи.
Простите, конечно, но сколько-же ей лет? Теща была в оккупации в Псковской области (ей сейчас под 90), так уверена, что если-бы в деревне стояли немцы, то в Германию угнали-бы всех, а кого не угнали - с голоду подохли бы. А так - угнали только тех, кто попался. Не вернулся никто. А выжили - исключительно благодаря колхозу - председатель перед приходом немцев распорядился разобрать все (хлеб, скотину, картошку) по дворам и попрятать. Этим и жили, да еще и партизанам продовольствием помогали. А немцы - наедут, все что (и кто) под руку подвернется похватают (кто в крапиве или в снегу не спрятался - тот не виноват) - и назад. Староста был свой - голову подставлял, но предупреждал, если знал.
Тоже слышала историю про "хорошего старосту", который предупредил, что молодняк будут угонять в Германию. Говорили, даже, что якобы перед отступлением получил задание работать у немцев, но на связь к нему никто не пришел. Однако, после прихода наших был осужден и домой вернулся через десять лет.
Есть книга в серии военно-исторической библиотеки. Автор Б.Н.Ковалев "Нацистская оккупация и коллабрабрационизм в России,1941-1944." Написана судя по всему с диссера. По данной теме очень читабельна. И про полицаев,и про то как они "самооборонялись" от партизан, как боролись с "большевитско-жидовской" властью за русский национальный дух, иллюстрирована немалым количеством германских агиток того периода.
Там нашел интересный момент. Монахи Псковско-Печорской лавры работали на гестапо и абвер. Я очень удивился, расстроился. А потом товарищ меня обрадовал. У Судоплатова говорит об этом написано. Вся братия работала на нашу контрразведку, а потом плодотворно и на СМЕРШ.
Про "хороших" полицаев там тоже есть. Единственное, на мой взгляд, в книге как раз не хватает эмоций, некоей,я бы сказал, мухинщины. Сухо, конкретно, по существу - диссер одним словом...
Дед моей жены (проживал на границе Ростовской обл. и Украины) в годы оккупации служил в полиции. Как туда попал история умалчивает. Пришли наши и загребли в армию, но служил он где-то в тыловых частях. После войны демобилизовался и спокойно дожил до самой смерти (89г.) в родном селе, где раньше полицайствовал. И никто ему худого слова не говорил.
Все даты в формате GMT
3 час. Хитов сегодня: 56
Права: смайлы да, картинки да, шрифты да, голосования нет
аватары да, автозамена ссылок вкл, премодерация вкл, правка нет
Старшие родственники, бывшие в оккупации на Кубани, рассказывали, что немцы не распустили колхоз в станице, поскольку колхозная система обеспечивала тотальный контроль за сбором и распределением, а только сменили председателя на старосту и даже звеньевых оставили прежних. 
Петр Тон 
Здравствуйте! 
и М.Солонин aka Mark тоже забыл сюда дорогу 
У "этих баб" был не такой большой выбор с трудоустройством (даме, работавшей в магистрате, сказочно повезло с должностью), и ,соответственно, с выживанием. К тому же большинство должны были кормить своих детей, родителей. Сексуальное же насилие было нормой жизни на оккупированных территориях, во спасение заводили постоянного покровителя из оккупантов, который был и защитник, и кормилец. 
"Гвозди бы делать из этих людей...- советская закалка. 
- участник сейчас на форуме